Проблемы психофизиологии

Сегодня мы рассмотрим тему: "Проблемы психофизиологии" с полным писанием проблематики. Мы собрали самые интересные сведения по теме и постарались их систематизировать и привести в удобный для чтения вид.

ПСИХОФИЗИЧЕСКАЯ И ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМЫ В ПСИХОЛОГИИ

Психофизическая проблема — в широком смысле это вопрос о месте психического в природе; в узком — проблема соотношения психических и физиологических (нервных) процессов. Во втором случае психофизическую проблему правильнее называть психофизиологической.

Особую остроту психофизическая проблема приобрела в XVII в., когда сложилась механистическая картина мира, исходя из которой Рене Декарт предпринял попытку объяснить поведение живых существ по образцу механического взаимодействия. Необъяснимые в рамках данной концепции акты сознания были отнесены к бестелесной непространственной субстанции — душе. Вопрос об отношении этой субстанции к работе «машины тела» привел Декарта к концепции психофизического взаимодействия: хотя тело только движется, а душа только мыслит, они могут влиять друг на друга, соприкасаясь в определенной части мозга.

Выступившие против взгляда на психику как на особую субстанцию Томас Гоббс и Бенедикт Спиноза утверждали, что она полностью выводима из взаимодействия природных тел, но убедительно разрешить психофизическую проблему они не смогли. При этом Гоббс предложил рассматривать ощущение как побочный предмет материальных процессов, а Спиноза трактовал мышление и материю как нераздельные и вместе с тем не связанные между собой причинными отношениями атрибуты бесконечной субстанции — природы.

Г. Лейбниц, совмещая механистическую картину мира с представлением о психике как уникальной сущности, выдвинул идею психофизического параллелизма, согласно которой душа и тело совершают свои операции независимо друг от друга, но с величайшей точностью, создающей впечатление их согласованности между собой. Они подобны паре часов, которые всегда показывают одно и то же время, хотя и движутся независимо.

Современный логический позитивизм рассматривает психофизическую проблему как псевдопроблему и полагает, что связанные с ней трудности разрешимы путем применения различных языков к описанию сознания, поведения и нейрофизиологических процессов.

[2]

В противоположность различным идеалистическим концепциям, диалектический материализм трактует психофизическую проблему исходя из понимания психики как особого свойства высокоорганизованной материи, которое возникает в процессе взаимодействия живых существ с внешним миром и, отображая его, способно активно влиять на характер этого взаимодействия.

Различные ученые по-разному отвечали на вопрос о соотношении психического и физиологического, а точнее — является ли теория о теле (о физиологических процессах) достаточным основанием для понимания души (психических процессов). И. П. Павлов полагал, что одной физиологии достаточно для понимания всех закономерностей психики и никакой другой теории для этого не нужно. Другой выдающийся невролог — В. М. Бехтерев считал, что физиология и психология должны взаимно дополнять друг друга, и для того, чтобы понимать работу человеческого сознания, необходимо использовать обе науки. Существовал и третий взгляд на данную проблему, который высказывал известный советский физиолог П. К. Анохин. Он считал, что психология и физиология — два взаимно несовместимых предмета, имеющих собственную проблематику и собственный категориальный аппарат. Четвертый подход характерен для экзистенциализма и религиозного идеализма. Он заключается в том, что научное познание психики невозможно и ни физиология, ни психология не могут претендовать на исследование человеческого сознания. Понятно, что последний подход к психофизической проблеме заводит в тупик, так как не дает возможности ее разрешения.

Психофизиологическая проблема в психологии. Рассматривая вопросы взаи­мосвязи психики и мозга, мы не можем не познакомиться с так называемой психо­физиологической проблемой.

Говоря о естественнонаучных основах психики, мы сегодня не сомневаемся в том, что между психикой и мозгом существует определенная взаимосвязь. Од­нако и в наши дни продолжает обсуждаться проблема, известная с конца XIX в. как психофизиологическая. Она является самостоятельной проблемой психоло­гии и носит не конкретно-научный, а методологический характер. Она имеет от­ношение к решению ряда фундаментальных методологических вопросов, таких как предмет психологии, способы научного объяснения в психологии и др.

В чем суть этой проблемы? Формально она может быть выражена в виде вопро­са: как соотносятся физиологические и психические процессы? На данный вопрос есть два основных ответа. Первый в наивной форме был изложен Р. Декартом, считавшим, что в головном мозге имеется шишковидная железа, через которую душа воздействует на животных духов, а животные духи на душу. Или, другими словами, психическое и физиологическое находятся в постоянном взаимодей­ствии и оказывают влияние друг на друга. Подобный подход получил название принципа психофизиологического взаимодействия.

Второе решение известно как принцип психофизиологического параллелизма. Суть его состоит в утверждении невозможности причинного взаимодействия меж­ду психическими и физиологическими процессами.

На первый взгляд истинность первого подхода, заключающегося в утвержде­нии психофизиологического взаимодействия, не вызывает сомнения. Мы можем привести множество примеров воздействия физиологических процессов мозга на психику и психики на физиологию. Все же, несмотря на очевидность фактов психо­физиологического взаимодействия, существует ряд серьезных возражений про­тив этого подхода. Одно из них заключается в отрицании фундаментального зако­на природы — закона сохранения энергии. Если бы материальные процессы, какими являются физиологические процессы, вызывались психической (идеальной) при­чиной, то это означало бы возникновение энергии из ничего, поскольку психиче­ское не является материальным. С другой стороны, если бы физиологические (ма­териальные) процессы порождали психические явления, то мы столкнулись бы с абсурдом другого рода — энергия исчезает.

Конечно, на это можно возразить, что закон сохранения энергии не совсем кор­ректен, но в природе мы вряд ли найдем другие примеры нарушения этого закона. Можно говорить о существовании специфической «психической» энергии, но в этом случае снова необходимо дать объяснение механизмам превращения материаль­ной энергии в некую «нематериальную». И наконец, можно говорить о том, что все психические явления материальны по своей сути, т. е. являются физиологи­ческими процессами. Тогда процесс взаимодействия души и тела есть процесс вза­имодействия материального с материальным. Но в этом случае можно договорить­ся до полного абсурда. Например, если я поднял руку, то это есть акт сознания и одновременно мозговой физиологический процесс. Если я после этого захочу ею ударить кого-либо (например, своего собеседника), то этот процесс может перей­ти в моторные центры. Однако если нравственные соображения заставят меня воз­держаться от этого, то это означает, что нравственные соображения — это тоже материальный процесс.

Вместе с тем, несмотря на все рассуждения, приведенные в качестве доказатель­ства материальной природы психического, необходимо согласиться с существова­нием двух явлений — субъективных (прежде всего фактов сознания) и объектив­ных (биохимических, электрических и других явлений в мозге человека). Вполне естественно было бы предположить, что эти явления соответствуют друг другу. Но если мы соглашаемся с этими утверждениями, то мы переходим на сторону другого принципа — принципа психофизиологического параллелизма, утвержда­ющего о невозможности взаимодействия идеальных и материальных процессов.

Следует отметить, что существует несколько течений параллелизма. Это дуа­листический параллелизм, исходящий из признания самостоятельной сущности духовного и материального начала, и монистический параллелизм, который ви­дит все психические и физиологические явления как две стороны одного процес­са. Главное, что их объединяет, — это утверждение, что психические и физиологи­ческие процессы протекают параллельно и независимо друг от друга. То, что про­исходит в сознании, соответствует тому, что происходит в мозге, и наоборот, но эти процессы не зависят друг от друга.

Мы могли бы согласиться с данным утверждением, если бы рассуждения в дан­ном направлении постоянно не закапчивались отрицанием существования психиче­ского. Например, независимый от психического мозговой процесс чаще всего за­пускается толчком извне: внешняя энергия (световые лучи, звуковые волны и т.д.) трансформируется в физиологический процесс, который преобразуется в проводящих путях и центрах, принимает форму реакций, действий, поведенчес­ких актов. Наряду с этим, никак не влияя на него, развертываются события в со­знательном плане — образы, желания, намерения. При этом психический процесс никак не влияет на физиологические процессы, в том числе и поведенческие реак­ции. Следовательно, если физиологический процесс не зависит от психического, то всю жизнедеятельность человека можно описать в понятиях физиологии. В этом случае психика становится эпифеноменом — побочным явлениям

Таким образом, оба рассматриваемых нами подхода оказываются не в состоя­нии решить психофизиологическую проблему. Поэтому единого методологиче­ского подхода к исследованию проблем психологии не существует. С каких пози­ций будем исходить мы, рассматривая психические явления?

Из вышеизложенного следует, что существует тесная связь между психиче­скими и физиологическими процессами. Поэтому, рассматривая психические яв­ления, мы будем всегда помнить о том, что они находятся в тесном взаимодей­ствии с физиологическими процессами, что они, вероятнее всего, обусловливают друг друга. При этом мозг человека является тем материальным «субстратом», который обеспечивает возможность функционирования психических явлений и процессов. Поэтому психические и физиологические процессы взаимосвязаны и взаимообусловливают поведение человека.

Дата добавления: 2015-04-21 ; просмотров: 16 ; Нарушение авторских прав

29. Психофизическая проблема и варианты ее решения в философии и психологии. Психофизиологическая проблема.

Психологи, как и представители любой конкретной науки, всегда в той или иной мере должны решать проблему соотнесения той реальности, которую они изучают, и других, тесно связанных с ней форм действительности, определить в целом место изучаемых в психологии явлений в общей системе мироздания. Поэтому для психологической науки весьма важно решение двух проблем: психофизической и психофизиологической.

В истории — решение обеих проблем оказалось очень тесно связано между собой. Многие исследователи убеждены, что это одна и та же проблема, только по-разному называемая. Другие утверждают, что это разные проблемы — переход от психофизической проблемы к психофизиологической проблеме произошел уже в XVIII в.

Психофизическая проблема — проблема соотношения психического с телесным (материальным) вообще, т. е. проблема места психических явлений во всеобщей взаимосвязи явлений материального мира. Поставлена в XVII в. французским философом Р.Декартом. (душа и тело, человек и космос)

Декарт противопоставлял друг другу 2 субстанции: душу (мыслящая субстанция) и тело (протяженная субстанция). По его мнению, между ними не предполагается никаких общих свойств. Тем не менее, возникла проблема соотнесения между собой этих разделенных миров, которые каким-то образом в человеке взаимодействуют. Взаимодействие субстанций, по Р.Декарту, можно наблюдать при возникновении в человеке страстей, т.е. эмоциональных явлений.

(С одной стороны, это страсти именно души (т.е. чувствует и страдает душа), однако, с другой — при возникновении любой из страстей огромную роль играют сугубо телесные процессы (мельчайшие частицы крови — «животные духи» по Декарту), которые, пробегая мимо «шишковидной железы» (эпифиз), где в наибольшей степени, по мнению Р.Декарта, проявляет свое действие душа, раскачивают ее и заставляют душу чувствовать страсти)

Психическое, по Р.Декарту никак не связано с материальным миром (разве что оно «затрагивается» в душе «животными духами, но тогда речь идет о самых примитивных психических, т.е. душевных, процессах — восприятиях и страстях). А высшие психические процессы истоком своим имеют только саму душу и ведут себя согласно свободе воли души, т.е. непредсказуемо и необъяснимо с позиций детерминизма. Тем не менее, в позиции Р.Декарта есть своя «правда»: он полагал, что высшие психические процессы не могут быть прямо выведены из физиологических (телесных) процессов или тем более сведены к ним (отождествлены с ними).

дуализм (душа и тело – 2 независимые субстанции) (Декарт)

материализм (сущ единая субстанция – природа, душа и тело – ее свойства; реально – только физ тело, психические процессы – побочные продукты) (например, Спиноза(17 век))

идеализм (реальна – психика, телесная активность – феномены психики)

Психофизиологическая проблема — проблема соотношения психического с одним конкретным видом материальных процессов — физиологическими процессами, т.е. проблему соотношения психического и физиологического. Также поставлена Декартом. (психика и мозг)

Позиция параллелизма (тот же дуализм): независимость психики от физиологических процессов, происходящих в нервной системе, и наоборот. Причем, статус психического может занижаться, тогда психика вообще переходить в разряд эпифеноменов (сопутствующее, побочное явление). Пример – бихевиористы, бывшие уверенными, что термин «сознание», использ в психологии, ничего не добавляет к их знанию о поведении человека.

Позиция взаимодействия (тоже в рамках дуализма): психика и тело влияют друг на друга. У Декарта: Душа, бестелесная сущность, оказывает влияние на тело, соприкасаясь с ним в шишковидной железе мозга (подробнее — см. выше). У. Джеймс разделял идею взаимодействия: мозг – это особый прибор, делающий духовные сущности явными в материальном мире, но не производящий эти сущности.

Корреляционный подход: объединяет в себя 2 предыдущих. Сторонники этого подхода утверждают, что не знают, есть ли связь между мозгом и психикой, и какова она, но объективно фиксируют, что определенные воздействия на человека приводят к изменениям и там, и там. Также допускается существование 3 фактора, влияющего на обе сферы. Большинство современных ученых придерживаются этого подхода (нуркова)

Принцип тождества: психическое и физиологическое – одно и то же, дело не в качественных, а степенных различиях. Мы уже обладаем достаточными знаниями, чтобы измерить физиологическое, и лишь приближаемся к тому, чтобы проникнуть в психическое.

Принцип дополнительности (единства): (из квантовой физики, перенесен в психологию) С. Л. Рубинштейн: физиологическое и психическое – одна и та же отражательная деятельность, 2 стороны одного явления, но изучаемых соответственно психологией и физиологией в разных отношениях. Для полного описания (человека) нельзя игнорировать не то, не другое.

30. Ситуативная мотивация и ее исследования в школе К.Левина. Феномен Б.В.Зейгарник. Уровень притязаний. (см. также 13 вопрос)

К. Левин: понимание поведения возможно лишь исходя из целостной психологической ситуации, в которую включен субъект. Поведение – функция сложившегося в данный момент психологического поля, которое также включает в себя воспоминания о прошлом и предвосхищения будущего.

V-поведение, Р – личностные факторы, U – факторы окружения (уравнение поведения по К. Левину)

Если баланс между субъектом и средой нарушается (p не равно u), у человека — состояние напряженности, которую Левин назвал квазипотребностью. Человек стремится редуцировать это напряжение, возникает деятельность. Квазипотребность – намерение совершить какое-либо целенаправленное действие. (Еще определение — социально обусловленная потребность, возникшая в данный момент.)

Таким образом, деятельность, поведение человека определяется его внутрипсихологическими потребностями и мотивами. Источник мотивации — не внутри субъекта, но и не вовне, а во взаимодействии субъекта с объектом.

Часть I. ЗАДАЧИ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОФИЗИОЛОГИИ

Глава 1. ПРЕДМЕТ И ПРИНЦИПЫ ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

В связи с успехами изучения активности отдельных нейронов мозга животных и в условиях клинического обследования у человека психофизиология стала наукой не только о физиологических, но и о нейронных механизмах психических процессов, состояний и поведения. Современная психофизиология включает исследование нейрона и нейронных сетей, что определяется тенденцией в науке к интеграции различных дисциплин, изучающих работу мозга (нейрофизиологии, нейрохимии, молекулярной биологии, психофизиологии, нейропсихологии и др.), в единую нейронауку (neuroscience).

На развитие детекторной теории сильное атияние оказали работы Д. Хьюбсла и Т. Визеля, которые в 60-х годах сформулировали модульный принцип организации нейронов коры больших полушарий, показав существование «колонок» — объединения нейронов в группы со сходными функциональными свойствами (Хьюбел Д., 1990).

Открытие нейронов с детекторными свойствами, избирательно реагирующих на определенные физические параметры стимулов, имело принципиальное значение для развития психофизиологии. Это стимулировало изучение функциональных характеристик нейронов и их роли в реализации различных этапов поведенческого акта. Были открыты многие новые классы нейронов, специфически связанных с различными психическими процессами. Среди них — особый тип сенсорных нейронов — гностические единицы, кодирующие целостные образы. Концепция гностических единиц принадлежит Ю. Конорскому, который предположил, что узнаванию знакомого лица с первого взгляда, знакомого предмета, знакомого голоса по первому произнесенному слову, знакомого запаха, характерного жеста и т.п. соответствует возбуждение не клеточного ансамбля, а единичных нейронов, отвечающих отдельным восприятиям. Прямое изучение нейронной активности коры высших животных подтвердило его концепцию гностических нейронов. В нижневисочной коре обезьяны найдены нейроны, избирательно отвечающие на появление лица конкретного человека, обезьяны, на мимику, выражающую определенную эмоцию, на положения руки (жесты), а также на различные неодушевленные предметы.

Описан особый класс нейронов, получивший название нейронов цели. Эти нейроны избирательно реагируют на появление целевого объекта: на вид или запах пищи. Нейроны цели найдены в гипоталамусе, височной коре, хвостатом ядре обезьяны. А.С. Батуев обнаружил у обезьяны нейроны цели в теменной и лобной коре. Их реактивность зависела от мотивационного возбуждения животного (голода). Только у голодной обезьяны нейроны цели реагируют на вид пищи, с насыщением животного их реакция исчезает.

Нейроны целевых движений у кролика были описаны В.Б. Швырковым. Их активация предшествует акту хватания пищи либо нажиму на педаль, за которым следует подача кормушки с пищей. Активация этих нейронов наблюдается при любых вариантах приближения к цели (справа, слева) и при любом способе нажатия на педаль (одной или двумя лапами) и всегда прекращается при достижении результата. Нейроны целевых движений зарегистрированы в моторной, сенсомоторной, зрительной коре, гиппокампе кролика. Они не активируются перед движениями, которые не направлены на достижение цели, например перед пережевыванием пищи.

У обезьян в лобной и теменной коре А.С. Батуевым обнаружены нейроны моторных программ. Активация отдельных групп этих нейронов предшествует выполнению различных фрагментов сложного инструментального двигательного рефлекса, обеспечивающего получение пищевого подкрепления. Изучена функция многих командных нейронов, запускающих определенные двигательные акты.

Нейроны, которые реагируют на тоническое мотивационное возбуждение, были исследованы К.В. Судаковым и получили название нейронов «ожидания». При пищевом возбуждении, возникающем естественным путем или в результате электрического раздражения «центра голода», расположенного в латеральном гипоталамусе, эти нейроны разряжаются пачками спайков. С удовлетворением пищевой потребности пачечный тип активности заменяется одиночными спайками.

Нейроны новизны, активирующиеся при действии новых стимулов и снижающие свою активность по мере привыкания к ним, обнаружены в гиппокампе, неспецифическом таламусе, ретикулярной формации среднего мозга и других структурах. В гиппокампе найдены также нейроны тождества, опознающие знакомые (многократно повторяющиеся) стимулы. В.Б. Швырковым выделена группа нейронов поискового поведения, которые становятся активными только во время ориентировочно-исследовательского поведения кролика.

Особую группу составляют нейроны среды, избирательно возбуждающиеся при нахождении животного в определенной части клетки. Нейроны среды найдены Ю.И. Александровым в моторной, соматосенсорной и зрительной коре у кролика. Нейроны среды в коре сходны с нейронами места, найденными О’Кифом в гиппокампе кролика. Нейроны места также активируются лишь при определенном расположении животного в экспериментальном пространстве.

Выделенные группы нейронов заложили основу функциональной классификации нейронов и позволили приблизиться к пониманию нейронных механизмов поведения.

Читайте также:
  1. Cоциологический анализ электорального процесса: проблемы и методы исследования, сферы применения результатов
  2. N33 Философские аспекты проблемы творчества. Гениальность и интуиция.
  3. А.Р.Лурия: его вклад в различные отрасли психологии.
  4. Адаптация персонала: формы, виды, социально- психологические проблемы
  5. Административная реформа: причины реформирования, основные проблемы реализации.
  6. Актуальные проблемы в современный период.
  7. Актуальные проблемы клинической психологии.
  8. Актуальные проблемы региональной культурной политики.
  9. Актуальные проблемы современного сервиса.
  10. Актуальные проблемы современных печатных СМИ для детей различного возраста
Видео (кликните для воспроизведения).

Изучение нейронных механизмов психических процессов и состояний существенно ограничено возможностью проводить подобные эксперименты лишь на животных. Исключение составляют те исследования, которые выполнены на базе нейрохирургических клиник, когда регистрация нейронной активности мозга человека продиктована диагностическими задачами в лечебных целях. Поэтому всегда возникает вопрос о правомерности использования результатов, полученных в опытах на животных, для объяснения мозговых механизмов психических функций человека. Вместе с тем знания, которыми сегодня располагают исследователи, о принципах кодирования информации в нервной системе свидетельствуют о существовании некоторых универсальных механизмов клеточного функционирования, общих для всех живых организмов. Так, свойство приобретенной памяти на нейронном уровне опосредовано функциями вторичных посредников, фосфорилированием- дсфосфорилированием рецептивных белков, экспрессией генов. Это вселяет определенную уверенность в то, что закономерности, изученные на простых объектах, могут быть распространены и на более сложные системы.

Е.Н. Соколов, решая проблему переноса результатов исследований, выполненных на животных, на человека, формулирует принцип психофизиологического исследования, который звучит так: человекнейрон— модель.Это означает, что психофизиологическое исследование начинается с изучения поведенческих (психофизических) реакций человека. Затем оно переходит к изучению механизмов поведения с помощью микроэлсктродной регистрации нейронной активности в опытах на животных, а у человека — с использованием ЭЭГ и вызванных потенциалов. Интеграция данных психофизического и психофизиологического исследований осуществляется построением модели из нейроподобных элементов. При этом вся модель как целое должна воспроизводить исследуемую функцию на уровне макрореакций, а отдельные нейроподобные элементы должны обладать характеристиками реальных нейронов, участвующих в выполнении изучаемой функции. Модель выступает в качестве рабочей гипотезы. Выводы, которые вытекают из модели, проверяются в новых исследованиях на психофизическом и психофизиологическом уровнях. При условии, что результаты опытов не совпадают с моделью, она изменяется. Таким образом, в модели накапливается все более полная информация об объекте исследования.

Широкую перспективу для изучения мозговых механизмов психических процессов открывают новые современные методы неинвазивного изучения мозга человека. Это прежде всего магнитоэн- цсфалография, дополняющая возможности регистрации ЭЭГ, а также различные методы томографии. Среди них следует выделить позитронно-эмиссионную томографию (ПЭТ) и магнитно-резонансную томографию (МРТ). Чрезвычайно эффективным является метод измерения локального мозгового кровотока. К новым методам относится и тепловидение мозга.

5.2. Психофизическая и психофизиологическая проблема в психологии

Проблема соотношения души и тела, мозга и пси­хики имеет давнюю историю, определенные познава­тельные традиции и не столь уж большое число вари­антов решения. Прежде всего, необходимо внести терминологическую ясность в соотношение понятий «психофизическая проблема» и «психофизиологиче­ская проблема». В литературе можно встретить раз­личные трактовки соотношения этих понятий. Первоначально проблема ставится как соотноше­ние между телом и душой и решается в области фило­софии. Различными аспектами данной проблемы яв­ляются соотношение между сущностями души и тела, их взаимосвязь, первичность и т. д. М. Г. Ярошевский отмечал, что философы решали задачу включения души в общую картину мироздания. В таком виде проблема получила название психофизической.

Развитие естествознания к середине XIX в. позво­лило подойти к проблеме как конкретно-научной. Впервые это было осуществлено в психофизике, ко­торая была создана как наука о соотношении души и тела, но использовала методы конкретных наук. В психофизике проблема была переформулирована как соотношение между физическими параметрами стимула и психическими процессами (ощущения­ми). Позже в физиологии она была поставлена как вопрос о соотношении между ^ психическими и нервными процессами в конкретном организме (теле). В такой формулировке она обычно называется психофизиологической проблемой.

Известно несколько вариантов решения данной проблемы. Один из них — психофизиологический па­раллелизм. Суть его заключается в противопоставле­нии независимо существующих психики и мозга (души и тела). «В соответствии с этим подходом пси­хика и мозг признаются как независимые явления, не связанные между собой причинно-следственными отношениями» (Марютина, 1997. С. 8). В психологии такой точки зрения придерживался В. Вундт, для ко­торого, как известно, физиологические методы игра­ли вспомогательную роль в исследовании психиче­ского, а главная роль отводилась интроспекции. Психофизиологический параллелизм не отошел в прошлое и в XX в.: «Известно, что выдающиеся фи­зиологи XX в. Шеррингтон, Эдриан, Пенфилд, Экклс придерживались дуалистического решенияпсихофизиологической проблемы. Согласно их мне­нию при изучении нервной деятельности не надо принимать во внимание психические явления, а мозг можно рассматривать как механизм, деятельность определенных частей которого в крайнем случае па­раллельна разным формам психической деятельно­сти. Целью психофизиологического исследования, согласно их мнению, должно являться выявление за­кономерностей параллельности протекания психиче­ских и физиологических процессов» (Марютина, 1997. С. 9-10).

Психофизиологический параллелизм обходит сто­роной очевидные факты влияния психического состо­яния человека на физическое (например, возникно­вение психосоматических заболеваний или исцеление словом от телесных недугов) и игнорирует влияние фи­зического состояния человека на психическое.

Третий, компромиссный вариант решения проб­лемы — психофизиологическое взаимодействие. Предполагая, что психическое и физиологическое имеют разные сущности, этот подход допускает опре­деленную степень взаимодействия и взаимовлияния. Психологическое взаимодействие представляет со­бой вариант паллиативного, т. е. частичного решения проблемы (Марютина, 1997), поскольку лишь отодвига­ет неизбежное возникновение вопроса о соотношении психических и физиологических процессов. Этот во­прос, в свою очередь, при исходном признании того, что психологическое и физиологическое имеют раз­ную сущность, снова приводит нас к решению проб­лемы в духе психофизиологического параллелизма (Гиппенрейтер, 1996).

При всей сложности данной проблемы имеются некоторые подходы к ее решению, свободные от не­достатков параллелизма, теории идентичности и тео­рии взаимодействия. В философско-методологическом плане для решения проблемы необходимо раз­вести онтологический и гносеологический планы данной проблемы (Гиппенрейтер, 1996): онтологиче­ский план — существование внешнего мира, проте­кание различных явлений в душе и теле человека; гносеологический план — подходы к пониманиюэтих явлений с точки зрения различных наук, мыс­ленные репрезентации этих явлений в сознании людей. В этом смысле физиологическое и психоло­гическое описание — два различных вида мыслен­ных репрезентаций единого процесса (Ю. Б. Гип­пенрейтер справедливо замечает при этом, что со­временная наука пока не в состоянии ответить, какого именно процесса).

Такая точка зрения получила название эмпириче­ского параллелизма. При таком варианте решения проблемы остаются открытыми многие вопросы, но самый главный из них — где заканчивается область, в которой правомерны физиологические описания, и начинается область психологического изучения яв­лений. Как отмечают В. П. Зинченко и М. К. Мамардашвили (1977), Ю. Б. Гиппенрейтер (1996), большую помощь в решении этой проблемы играет физиоло­гия. Физиология помогает психологам сформулиро­вать точку зрения на сущность физиологических про­цессов (например, представление А. А. Ухтомского о функциональном органе как любом временном соче­тании сил), на место психологической реальности в построении живого движения (Н. А. Бернштейн), на гибкость функционирования нервной системы и уча­стие психических инстанций — «акцепторов дейст­вия», «образов потребного будущего» и т. д. — в регуля­ции жизнедеятельности (П. К. Анохин). А совершен­ствование методов физиологического исследования позволяет определить более точно водораздел между предметными областями двух смежных наук.

Психофизиологическая проблема в психологии

Рассматривая вопросы взаимосвязи психики и мозга, мы не можем не познакомиться с так называемой психофизиологической проблемой.

Говоря о естественнонаучных основах психики, мы сегодня не сомневаемся в том, что между психикой и мозгом существует определенная взаимосвязь. Однако и в наши дни продолжает обсуждаться проблема, известная с конца XIX в. как психофизиологическая. Она является самостоятельной проблемой психологии и носит не конкретно-научный, а методологический характер. Она имеет отношение к решению ряда фундаментальных методологических вопросов, таких как предмет психологии, способы научного объяснения в психологии и др.

В чем суть этой проблемы? Формально она может быть выражена в виде вопроса: как соотносятся физиологические и психические процессы? На данный вопрос есть два основных ответа. Первый в наивной форме был изложен Р. Декартом, считавшим, что в головном мозге имеется шишковидная железа, через которую душа воздействует на животных духов, а животные духи на душу. Или, другими словами, психическое и физиологическое находятся в постоянном взаимодействии и оказывают влияние друг на друга. Подобный подход получил название принципа психофизиологического взаимодействия.

Второе решение известно как принцип психофизиологического параллелизма. Суть его состоит в утверждении невозможности причинного взаимодействия между психическими и физиологическими процессами.

На первый взгляд истинность первого подхода, заключающегося в утверждении психофизиологического взаимодействия, не вызывает сомнения. Мы можем привести множество примеров воздействия физиологических процессов мозга на психику и психики на физиологию. Все же, несмотря на очевидность фактов психофизиологического взаимодействия, существует ряд серьезных возражений против этого подхода. Одно из них заключается в отрицании фундаментального закона природы – закона сохранения энергии. Если бы материальные процессы, какими являются физиологические процессы, вызывались психической (идеальной) причиной, то это означало бы возникновение энергии из ничего, поскольку психическое не является материальным. С другой стороны, если бы физиологические (материальные) процессы порождали психические явления, то мы столкнулись бы с абсурдом другого рода – энергия исчезает.

Конечно, на это можно возразить, что закон сохранения энергии не совсем корректен, но в природе мы вряд ли найдем другие примеры нарушения этого закона. Можно говорить о существовании специфической «психической» энергии, но в этом случае снова необходимо дать объяснение механизмам превращения материальной энергии в некую «нематериальную». И наконец, можно говорить о том, что все психические явления материальны по своей сути, т. е. являются физиологическими процессами. Тогда процесс взаимодействия души и тела есть процесс взаимодействия материального с материальным. Но в этом случае можно договориться до полного абсурда. Например, если я поднял руку, то это есть акт сознания и одновременно мозговой физиологический процесс. Если я после этого захочу ею ударить кого-либо (например, своего собеседника), то этот процесс может перейти в моторные центры. Однако если нравственные соображения заставят меня воздержаться от этого, то это означает, что нравственные соображения – это тоже материальный процесс.

Вместе с тем, несмотря на все рассуждения, приведенные в качестве доказательства материальной природы психического, необходимо согласиться с существованием двух явлений – субъективных (прежде всего фактов сознания) и объективных (биохимических, электрических и других явлений в мозге человека). Вполне естественно было бы предположить, что эти явления соответствуют друг другу. Но если мы соглашаемся с этими утверждениями, то мы переходим на сторону другого принципа – принципа психофизиологического параллелизма, утверждающего о невозможности взаимодействия идеальных и материальных процессов.

Следует отметить, что существует несколько течений параллелизма. Это дуалистический параллелизм, исходящий из признания самостоятельной сущности духовного и материального начала, и монистический параллелизм, который видит все психические и физиологические явления как две стороны одного процесса. Главное, что их объединяет, – это утверждение, что психические и физиологические процессы протекают параллельно и независимо друг от друга. То, что происходит в сознании, соответствует тому, что происходит в мозге, и наоборот, но эти процессы не зависят друг от друга.

Мы могли бы согласиться с данным утверждением, если бы рассуждения в данном направлении постоянно не закапчивались отрицанием существования психического. Например, независимый от психического мозговой процесс чаще всего запускается толчком извне: внешняя энергия (световые лучи, звуковые волны и т.д.) трансформируется в физиологический процесс, который преобразуется в проводящих путях и центрах, принимает форму реакций, действий, поведенческих актов. Наряду с этим, никак не влияя на него, развертываются события в сознательном плане – образы, желания, намерения. При этом психический процесс никак не влияет на физиологические процессы, в том числе и поведенческие реакции. Следовательно, если физиологический процесс не зависит от психического, то всю жизнедеятельность человека можно описать в понятиях физиологии. В этом случае психика становится эпифеноменом – побочным явлением.

Таким образом, оба рассматриваемых нами подхода оказываются не в состоянии решить психофизиологическую проблему. Поэтому единого методологического подхода к исследованию проблем психологии не существует. С каких позиций будем исходить мы, рассматривая психические явления?

Из вышеизложенного следует, что существует тесная связь между психическими и физиологическими процессами. Поэтому, рассматривая психические явления, мы будем всегда помнить о том, что они находятся в тесном взаимодействии с физиологическими процессами, что они, вероятнее всего, обусловливают друг друга. При этом мозг человека является тем материальным «субстратом», который обеспечивает возможность функционирования психических явлений и процессов. Поэтому психические и физиологические процессы взаимосвязаны и взаимообусловливают поведение человека.

В чем суть подхода к решению психофизиологической проблемы , обозначаемого как «психофизиологическая идентичность «?

Функции соматической нервной системы

Типы нервных волоконВыше уже отмечалось, что периферическая система имеет соматический и вегетативный отдел. Соматическая нервная система регулирует деятельность и поведение тела в зависимости от внешних воздействий. Она «осознанно» управляет нашим организмом.

Что касается вегетативной системы, то она имеет свое деление: симпатический и парасимпатический отдел, плюс энтеральный. Первый отдел имеет функции, которые заключаются в реакции на стрессовые или опасные ситуации. Отсюда и происходит учащение частоты пульса, повышение артериального давления. Данная система отвечает за реакцию организма на волнение, то есть в таком состоянии в кровь человека начинает поступать адреналин.

Парасимпатический отдел имеет обратное действие, то есть приводит все системы в состояние покоя, помогает сердцу войти в спокойный ритм, расширяет и расслабляет кровеносные сосуды, возвращает пищеварительной и мочеполовой системе спокойное состояние. Функции энтерального отдела заключаются в том, чтобы контролировать пищеварительные процессы, начиная с пищевода и заканчивая прямой кишкой.

Последнее изменение этой страницы: 2016-08-06; Нарушение авторского права страницы

Психофизиологическая проблема в психологии

Читайте также:

  1. I.Социалистическая индустриализация. Проблема накоплений и переход к административным метода.
  2. II. Проблема национального пейзажа в искусстве Англии
  3. III. Проблема сознания, социальной структуры и насилия
  4. АРИЭЛЬ ПРОТИВ КАЛИБАНА: «НОРДОМАНИЯ» И ПРОБЛЕМА ЛАТИНОАМЕРИКАНСКОЙ САМОБЫТНОСТИ
  5. Бездомність як проблема соціальної роботи
  6. Бухгалтерский учет как проблема
  7. Бытие как проблема
  8. В целом же, образно говоря, речь человека есть проявление и продолжение его психологии.
  9. В чем специфика методологического подхода к проблемам науки
  10. Важнейшая проблема — сокращение затрат рабочего времени на проведение совещание.
  11. Введение: антропология как наука о сущности культуры. Проблематика пола в антропологии
  12. Виживання людини і людства — нагальна проблема сучасності
Читайте так же:  Как стать самодостаточным и уверенным в себе мужчиной

Психофизиологическая проблема – философский и психологический вопрос об отношении психики (психических явлений) к телу (физиологическим явлениям)

1. Дуализм— психика и тело существую разобщенно и раздельно (также должны изучаться). В рамках дуализма разрабатывались две противоположные точки зрения:

а) интеракционизм – психика и тело непосредственно влияют друг на друга;

б) психофизический параллелизм – психические и физиологические процессы протекают параллельно друг другу, но при этом не взаимодействую и не могут взаимодействовать.

2. Монизм:

а) материалистический монизм – существует только тело (как его вариант — эпифеноменализм – психические процессы являются несущественными побочными продуктами ВНД и никакого влияния не оказывают на мозг и поведение. Правда формально не отрицается, что психические процессы могут выполнять роль «субъективной замочной скважины», то есть использоваться как источник информации для исследования того, что происходит в мозге);

б) идеалистический монизм – реальна психика, а телесная активность только

3.Существует теория двойного языка— физические и психические процессы (наука о них) это два разных языка представления одного и того же феномена.

Рассматривая вопросы взаи­мосвязи психики и мозга, мы не можем не познакомиться с так называемой психо­физиологической проблемой.

Говоря о естественнонаучных основах психики, мы сегодня не сомневаемся в том, что между психикой и мозгом существует определенная взаимосвязь. Од­нако и в наши дни продолжает обсуждаться проблема, известная с конца XIX в. как психофизиологическая. Она является самостоятельной проблемой психоло­гии и носит не конкретно-научный, а методологический характер. Она имеет от­ношение к решению ряда фундаментальных методологических вопросов, таких как предмет психологии, способы научного объяснения в психологии и др.

В чем суть этой проблемы? Формально она может быть выражена в виде вопро­са: как соотносятся физиологические и психические процессы? На данный вопрос есть два основных ответа. Первый в наивной форме был изложен Р. Декартом, считавшим, что в головном мозге имеется шишковидная железа, через которую душа воздействует на животных духов, а животные духи на душу. Или, другими словами, психическое и физиологическое находятся в постоянном взаимодей­ствии и оказывают влияние друг на друга. Подобный подход получил название принципа психофизиологического взаимодействия.

Читайте так же:  Секрет любви

Второе решение известно как принцип психофизиологического параллелизма. Суть его состоит в утверждении невозможности причинного взаимодействия меж­ду психическими и физиологическими процессами.

На первый взгляд истинность первого подхода, заключающегося в утвержде­нии психофизиологического взаимодействия, не вызывает сомнения. Мы можем привести множество примеров воздействия физиологических процессов мозга на психику и психики на физиологию. Все же, несмотря на очевидность фактов психо­физиологического взаимодействия, существует ряд серьезных возражений про­тив этого подхода. Одно из них заключается в отрицании фундаментального зако­на природы — закона сохранения энергии. Если бы материальные процессы, какими являются физиологические процессы, вызывались психической (идеальной) при­чиной, то это означало бы возникновение энергии из ничего, поскольку психиче­ское не является материальным. С другой стороны, если бы физиологические (ма­териальные) процессы порождали психические явления, то мы столкнулись бы с абсурдом другого рода — энергия исчезает.

[1]

Конечно, на это можно возразить, что закон сохранения энергии не совсем кор­ректен, но в природе мы вряд ли найдем другие примеры нарушения этого закона. Можно говорить о существовании специфической «психической» энергии, но в этом случае снова необходимо дать объяснение механизмам превращения материаль­ной энергии в некую «нематериальную». И наконец, можно говорить о том, что все психические явления материальны по своей сути, т. е. являются физиологи­ческими процессами. Тогда процесс взаимодействия души и тела есть процесс вза­имодействия материального с материальным. Но в этом случае можно договорить­ся до полного абсурда. Например, если я поднял руку, то это есть акт сознания и одновременно мозговой физиологический процесс. Если я после этого захочу ею ударить кого-либо (например, своего собеседника), то этот процесс может перей­ти в моторные центры. Однако если нравственные соображения заставят меня воз­держаться от этого, то это означает, что нравственные соображения — это тоже материальный процесс.

Читайте так же:  Почему нет понимания в отношениях и что делать

Вместе с тем, несмотря на все рассуждения, приведенные в качестве доказатель­ства материальной природы психического, необходимо согласиться с существова­нием двух явлений — субъективных (прежде всего фактов сознания) и объектив­ных (биохимических, электрических и других явлений в мозге человека). Вполне естественно было бы предположить, что эти явления соответствуют друг другу. Но если мы соглашаемся с этими утверждениями, то мы переходим на сторону другого принципа — принципа психофизиологического параллелизма, утвержда­ющего о невозможности взаимодействия идеальных и материальных процессов.

Следует отметить, что существует несколько течений параллелизма. Это дуа­листический параллелизм, исходящий из признания самостоятельной сущности духовного и материального начала, и монистический параллелизм, который ви­дит все психические и физиологические явления как две стороны одного процес­са. Главное, что их объединяет, — это утверждение, что психические и физиологи­ческие процессы протекают параллельно и независимо друг от друга. То, что про­исходит в сознании, соответствует тому, что происходит в мозге, и наоборот, но эти процессы не зависят друг от друга.


Мы могли бы согласиться с данным утверждением, если бы рассуждения в дан­ном направлении постоянно не закапчивались отрицанием существования психиче­ского. Например, независимый от психического мозговой процесс чаще всего за­пускается толчком извне: внешняя энергия (световые лучи, звуковые волны и т.д.) трансформируется в физиологический процесс, который преобразуется в проводящих путях и центрах, принимает форму реакций, действий, поведенчес­ких актов. Наряду с этим, никак не влияя на него, развертываются события в со­знательном плане — образы, желания, намерения. При этом психический процесс никак не влияет на физиологические процессы, в том числе и поведенческие реак­ции. Следовательно, если физиологический процесс не зависит от психического, то всю жизнедеятельность человека можно описать в понятиях физиологии. В этом случае психика становится эпифеноменом — побочным явлением.

Читайте так же:  Как научиться снимать напряжение и стресс

Таким образом, оба рассматриваемых нами подхода оказываются не в состоя­нии решить психофизиологическую проблему. Поэтому единого методологиче­ского подхода к исследованию проблем психологии не существует. С каких пози­ций будем исходить мы, рассматривая психические явления?

Из вышеизложенного следует, что существует тесная связь между психиче­скими и физиологическими процессами. Поэтому, рассматривая психические яв­ления, мы будем всегда помнить о том, что они находятся в тесном взаимодей­ствии с физиологическими процессами, что они, вероятнее всего, обусловливают друг друга. При этом мозг человека является тем материальным «субстратом», который обеспечивает возможность функционирования психических явлений и процессов. Поэтому психические и физиологические процессы взаимосвязаны и взаимообусловливают поведение человека.

Дата добавления: 2014-12-07 ; Просмотров: 1381 ; Нарушение авторских прав? ;

[3]

Видео (кликните для воспроизведения).

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

Источники


  1. Матвеева, Наталья Освобождение от иллюзий. Легкие шаги к жизни-мечте. Счастье быть женщиной (комплект из 3 книг) / Наталья Матвеева , Римма Хоум , Маруся Светлова. — М.: ИГ «Весь», 2015. — 816 c.

  2. Настоящая любовь. Влюбленность — начало любви. — М.: Издательство Белорусского Экзархата — Белорусской Православной Церкви, 2013. — 240 c.

  3. Тасуева, Татьяна Королева мужских сердец, или Из мышек в кошки! (комплект из 2 книг) / Татьяна Тасуева. — М.: ИГ «Весь», 2015. — 480 c.
  4. Желдак, И. М. Искусство быть семьей. Практическое руководство / И.М. Желдак. — М.: МП `Лерокс`, 2012. — 160 c.
Проблемы психофизиологии
Оценка 5 проголосовавших: 1